5 декабря 2022 года начало действовать эмбарго Евросоюза на морские поставки нефти из России, а также вступило в силу совместное решение ЕС, стран «группы семи» и Австралии о запрете на перевозку и страхование российской нефти стоимостью выше $60 за баррель. По задумке, это должно было значительно сократить доходы России и стабилизировать мировые цены на энергоносители. Тогда многим казалось, что план надежен, как швейцарские часы. Однако довольно быстро выяснилось, что это далеко не так.
Здесь необходимо вспомнить предысторию вопроса. После начала СВО 24 февраля 2022 года западные страны (прежде всего, ЕС и США) начали стремительно расширять перечень антироссийских санкций, при этом европейцы собирали их в так называемые «пакеты». К осени дело дошло, как тогда широко анонсировалось, до «решающего удара по Москве» — под прицел были взяты доходы, которые российский бюджет получает от продажи углеводородов.
Стоит отметить, что уже на этом этапе ряд европейских стран, на словах продолжая поддерживать общеевропейскую солидарность, начали активно «давить на тормоз», добиваясь для себя разного рода льгот и открытия обходных путей, чтобы либо выполнять санкции не в полную силу, либо вовсе лишь имитировать процесс. В частности, Венгрия добилась, чтобы ограничения не коснулись крайне выгодных для нее поставок российской нефти по трубопроводу «Дружба». Греция боролась за свободу действий для своего крупнейшего танкерного флота, и так далее.
Так что к этому времени санкционные пакеты зияли многочисленными дырами. И вот в начале октября был принят очередной (уже восьмой) пакет санкций, где одной из мер было заявлено установление «предельной цены» на российскую нефть, по которой ее разрешается покупать всем остальным странам. Нарушителям сулили серьезные проблемы — им угрожали тем, что европейские компании не станут финансировать такие сделки, компании-перевозчики откажутся предоставлять свои суда для транспортировки, а если у покупателя даже и найдутся собственные танкеры, то их откажутся обслуживать страховые компании.
При этом ценовой потолок (price cap) стал дополнением к эмбарго на покупку нефти у РФ, которое также начало действовать 5 декабря 2022 года, а с 5 февраля 2023 года было распространено еще и на нефтепродукты.
Россия в долгу не осталась, запретив своим компаниям реализовывать нефть, если в контрактах прямо или косвенно предусмотрено использование механизма price cap, введенного США и другими недружественными странами. Президент РФ Владимир Путин тогда заявил, что Москва не будет за свой счет оплачивать чужое благополучие и поставлять энергоресурсы в страны, которые ограничат на них цены. Вице-премьер Александр Новак, в свою очередь, отметил, что стоимость энергоносителей должна формироваться рыночным способом, исходя из баланса спроса и предложения.
Как представляли на Западе, схема должна была работать так: российская нефть транспортируется по морю только в случае, если она продается ниже price cap, уровень которого после довольно длительных и небезболезненных дебатов был обозначен в $60 за баррель.
Однако всего через несколько месяцев выяснилось, что такая мера экономического давления на Россию имеет лишь ограниченный эффект, а в ряде случаев не действует вовсе. Экспортеры нашли новых покупателей, переориентировавшись на страны Глобального Юга. При этом они научились обходить price cap, а когда цены на нефть пошли вверх и российская марка Urals пробила потолок, США де-факто спустили на тормозах все инициативы «починить» этот санкционный инструмент, выдвигавшиеся, в частности, некоторыми наиболее антироссийски настроенными странами Евросоюза.
По данным London Stock Exchange Group, российская нефть начала торговаться выше price cap с середины июля 2022 года. При этом в середине августа международная деловая газета Financial Times (FT) опубликовала нашумевшую статью, в которой утверждалось, что российским поставщикам «довольно просто» удалось поднять общую чистую цену на свою нефть намного выше $60 путем добавления к базовой стоимости дополнительных расходов на доставку и обработку грузов.
Впрочем, ближе к годовщине введения «потолка цен», когда само собой напрашивалось подведение итогов и выставление оценок, западные политики начали все активнее выступать в том духе, что еще не все потеряно.
Например, в минувший понедельник сенаторы США Марко Рубио (республиканец от штата Флорида) и Мэгги Хассан (демократ от штата Нью-Гэмпшир), потребовали от Пентагона объяснить решение продолжать закупать нефтепродукты, в производстве которых, несмотря на санкции, якобы используется российское сырье. Они призвали министра обороны США Ллойда Остина прекратить эти закупки и на брифинге для законодателей рассказать, какие шаги он предпринимает, чтобы исключить российскую нефть из цепи поставок, пишет ТАСС.
Двумя днями ранее Reuters сообщил, что Запад оказывает давление на ряд стран, уклоняющихся от соблюдения санкций в отношении российского энергетического сектора. По сведениям агентства, Евросоюз, США и Великобритания направили письма Маршалловым Островам, Либерии и Панаме, где содержатся требования ужесточить контроль за морскими перевозками из-за несоблюдения ограничений цены на российскую нефть.
А еще за день до этого Управление по контролю за иностранными активами Минфина США (OFAC) внесло в санкционный SDN-List две компании из ОАЭ и одну из Либерии, а также принадлежащие им танкеры за перевозку российской нефти выше $60 за баррель — и это при том, что на самом деле поставки осуществлялись выше $70 за баррель.
Тем не менее, как недавно отмечал «РосБалт», «коллективный Запад» заметно разочарован в эффективности санкций, призванных лишить РФ сырьевых сверхдоходов. Уже никто не спорит с тем, что главная задача введения price cap так и не была решена. Как выразилось по этому поводу агентство Reuters, цены на нефть для Москвы упали всего лишь с «очень комфортного» уровня до «просто комфортного», что позволяет России «оставаться сырьевой сверхдержавой».
Михаил Макаров