Книжный рынок в России в 2022 году вступил в зону турбулентности — зарубежные издательства, типографии, транспортные компании заморозили сотрудничество с российскими издательствами, некоторые авторы запретили издавать их книги в России, а цены на бумагу подскочили вверх. Состояние индустрии обсудили на круглом столе в медиацентре «На Марсовом поле».
В 2022 году число наименований книг, изданных в России, по сравнению с 2021 годом, не слишком изменилось — это 108 тысяч новых изданий, отмечает Александр Иванов, председатель Совета по профессиональным квалификациям в области издательского дела. Если и говорить о проседании в этом плане — оно было в пандемийные 2020 и 2021 годы. Однако при этом суммарный тираж выпущенных книг упал — и эта тенденция не нова. Речь идет всего о 390 млн экземпляров — еще 10 лет назад цифры были в два раза больше, 654 млн.
Самым популярным жанром по традиции остаются детективы, много покупают классику и переводные произведения. Жесткая конкуренция — в сегменте детской литературы. Настоящий бум переживают и комиксы.
«Наша типография изначально была заточена на издательство журналов — до 2014 года у нас выходило 50 периодических изданий, сейчас осталось пять: после ухода основных рекламодателей, — вспоминает директор книжной типографии „Премиум Пресс“ Владимир Гаврилов. — Что касается книг, сейчас мы видим парадоксальный рост — дело в том, что до геополитического конфликта много книг для России печаталось в Прибалтике. Сейчас все заказы отошли российским издательствам».
Отдельные выводы можно сделать, проанализировав цифры Росстата: по данным ведомства, в 2022 года объем рынка услуг полиграфии и печати составил 262 млрд рублей, что на 14% больше показателей 2021 года. Такие цифры на круглом столе привел Александр Иванов.
При этом спад по газетам составил 5%, по журналам и периодике — 10%. Печать книг, географических карт, чертежей, фотографий и открыток выросла на 13%, а этикеток и ярлыков — на 14%.
«Рост полиграфического рынка есть, но вызван он отнюдь не увеличением объема печати книг — а исключительно за счет рекламы. Рынок потребления у нас развивается очень быстро, а вот книга идет к читателю очень плохо», — говорит Иванов, отмечая, что издательства обеспокоены тем, что книг у них стали покупать меньше.
Покупателей стало меньше в том числе из-за того, что цены на книги в целом выросли. На это повлияла увеличившаяся стоимость печати из-за двукратного роста цен на бумагу в 2022 году после начала конфликта в Украине и дорогая аренда площадей под книжные магазины, сравнимая со стоимостью аренды под бутики модной одежды. Ведь очевидно, что магазинам необходимы «проходные» места на пути к метро — в точку на отшибе заглянут разве что энтузиасты.
Тяжело работать магазинам и с маркетплейсами — игроки на рынке жалуются на то, что они довольно жестко общаются с партнерами и ставят невыгодные условия.
«В целом же нежелание читателей покупать книги — это глобальная проблема. И в других странах, например, в Германии, Франции, Великобритании реализуются масштабные программы по популяризации чтения, — говорит Александр Иванов. — К примеру, немцы тратят десятки миллионов евро на пропаганду живой печатной книги, а некоторые книжные магазины во Франции не платят за аренду».
Специалист отмечает, что в России на государственном уровне стоит придерживаться комплексного подхода, чтобы поддержать книжную и издательскую индустрию — например, путем программ популяризации чтения.
Больше стоит проводить и масштабных книжных салонов — хорошим примером могут послужить Санкт-Петербургский международный книжный салон или Книжная ярмарка non/fiction — форум, где заключаются контракты и устанавливаются прямые контакты между авторами, издателями, книготорговцами, литературными критиками, агентами и переводчиками.
При этом, уверены участники круглого стола, на федеральном уровне было бы неплохо ввести налоговые льготы для типографий и издательств.
Спикеры отмечают, что государству это бы обошлось явно дешевле, чем льготы для ИТ — ведь весь оборот полиграфии в России не превышает 7-9 млрд долл. в год, 20% — это копейки в масштабах бюджета.
Юлия Маркова, многие годы преподававшая в Санкт-Петербургском издательско-полиграфическогом техникуме, уверена, что несмотря на падение тиражей бумажных книг, нужда в специалистах не отпадет.
«Мы готовим специалистов издательского дела — их выпускные работы представляют собой изготовление электронного макета книги. Книга в таком формате может отлично существовать и без полиграфического воплощения. А журнальная продукция прекрасно чувствует себя онлайн», — отмечает Маркова.
Никита Златин, директор колледжа банковского дела и информационных систем рассказывает, что популярность направления издательского дела не падает — в 2017 г. колледж набрал лишь одну группу на «бюджет», а в 2023 году — уже четыре. Кроме того, проходной балл на эту специальность стабильно высокий — выше 4,8 баллов.
В то же время, признают участники круглого стола, количество бюджетных мест необходимо увеличивать. Однако это, увы, не гарантия того, что выпускники начнут доходить до издательств — сейчас в Петербурге ежегодно выпускается 150 специалистов издательского дела, но к работодателям попадают единицы.
«Правительство Москвы в 2023 году постановило, что минимум 80% выпускников направления „издательского дела“ должны прийти в типографию, и по этому критерию определяют финансирование учебного учреждения. Это правильная идея — потому что на это направление все же идут те, кто не попал на фотографию, графический дизайн — по остаточному принципу», — отмечает Иванов.
Так или иначе, очевидно, что молодое поколение, которое идет в отрасль полиграфии и издательского дела, пока не слишком понимает перспективы этой сферы на фоне роста популярности онлайн-библиотек и электронных форматов. Очевидно, что книжный рынок в ближайшем будущем ждут масштабные перемены — к которым индустрия должна быть готова.
Софья Иванова