Первая мировая война — тема, которой вообще не существует для отечественного зрителя. Советские фильмы о первой мировой войне не вспомнить (видимо, и не было — разве что до середины 30-х или редкими эпизодами в перестройку). Российские вроде бы эпизодически появляются — но как-то невзаправду и очень издалека, все больше про революцию, Колчака, женские батальоны какие-нибудь и прочий Игорь Угольников (поправьте, если пропустил что эпохальное).
Хотя, казалось бы, Первая мировая война (как, кстати, и не существующая за рамками «Обороны Севастополя» крымская) — серьезнейший источник для чего-то глубокого — социального, психологического, военного. Но явно зритель не захочет смотреть, а кинематографист — снимать. Все равно какие-то не настоящие это войны в обывательском представлении — типа хуту и тутси. Про сирийскую, кстати, тоже не припоминаю — что тоже говорит само за себя.
Представить же себе в современной России комедию о любой из мировых войн — и вовсе невероятно. Это почти как снимать комедию про Путина, Навального (в России включен в перечень организаций и физлиц, причастных к экстремистской деятельности или терроризму — прим. ред.) или Иисуса. Даже безобидно-абсурдистский «Гитлер капут» сейчас категорически невозможен. При том, что собственно в военные и околовоенные годы комедии по военной тематике совершенно не были табу — «Небесный тихоход», «Беспокойное хозяйство», «Антоша Рыбкин», «Швейк готовится к бою», «Воздушный извозчик». Да и в 60-е кое-что появлялось.
Но теперь никак невозможно — хотя, казалось бы, это мощный инструмент популяризации. Не для того тему войны и войн столько упрощали, чтобы теперь обратно усложнять.
Михаил Виноградов, политолог