События в Беларуси идут по всем правилам восточноевропейских мирных революций 1990—1991 годов. Просто с тридцатилетним опозданием. Сильный повод выйти на улицы против надоевшего режима мобилизует всех недовольных. Режим выпускает своих голодных овчарок. Овчарки рвут легитимность режима окончательно, даже у самых терпеливых. Протест из оппозиционного становится общенародным. Становится модным. Становится тем, в чем должны принять участие все, чтобы иметь право с гордо поднятой головой идти в новое общество. У режима не хватает овчарок, чтобы натравливать на всех. А местные менты и низовые КГБшники уже чувствуют, что можно не портить отношения с соседями из-за приказов столицы.
На этом фоне в дело вступают трудовые коллективы, всегда опасливые работяги. Начинается волна забастовок, показывающая и правителям, и населению, что да — перемены неизбежны. Власть начинает сыпаться сильнее, перебежчиков все больше, все понимают, что надо оказаться на правильной стороне. Военные — последний резерв диктаторов — вдевают в петлицы цветочки. И все — последняя нервная пресс-конференция и через два дня неизбежный финал.
Резервов у Лукашенко уже не осталось. Многие, чтобы не сказать почти все, крупнейшие предприятия («БалАЗ», МАЗ, Минский тракторный) если не встали в забастовку целиком и полностью, то продемонстрировали деятельность стачечных комитетов и их полную политическую поддержку остальными рабочими. Самые впечатляющие события в Жодино — на заводе «БелАЗ», где за сутки с момента появления первых забастовщиков дело дошло до отчета мэра города перед запруженной народом площадью о поведении ОМОНа и всех прочих назревших и перезревших вопросах. Понятно, кому теперь в этом городе принадлежит реальная власть — тем, кто организовал и проводил митинг. Как я и предсказывал, там дело органично перешло к формированию народных дружин и требованию роспуска милиции.
Аналогичные события в Солегорске. В Гродненской области забастовали, кажется, все крупные предприятия. В Минске весь день прошел в народных гуляниях с требованиями отставки. Силовики отлавливают кого-то, кого они, видимо, считают организаторами и координаторами протестов. Однако это судороги системы. Все больше низовых ментов публикуют в сетях свои личные данные, присоединяясь к протесту и увольняясь из органов. Некоторые их коллеги на улицах, внутри боевых колесниц, разными средствами демонстрируют свои симпатии к протесту.
И это все на фоне публичного отсутствия Лукашенко, неясности вопроса с его «инаугурацией» и демонстративном поступке послов иностранных государств, возложивших цветы к народному мемориалу на месте гибели одного из протестовавших.
Хочется надеяться, что режиму Лукашенко осталось два-три дня на сборы. Он сыпется гораздо быстрее, чем можно было предсказать.
P. S. Лукашенко и его чиновники сделали вид, что готовы одернуть ретивых исполнителей и попробовать договориться с протестующими хотя бы о прекращении насилия. Это очевидный их переход к обороне, позволяющий протестующим разворачивать наступление и закреплять успех. Требования уже сформулированы и озвучены в телеграм-канале NeXTA Live. Они именно про захват власти на муниципальном уровне: «Завтра вся Беларусь продолжает Общенациональную забастовку, с самого утра выходит на улицы и перекрывает дороги. А еще, по сегодняшнему примеру Жодино, белорусы будут требовать ответа от администрации своего города или деревни — с нами они или с оккупантами? Если с нами — пусть выгоняют карателей-насильников, признают Светлану Тихановскую президентом и вывешивают над горисполкомом бело-красно-белый флаг. А если нет — то они, как соучастники преступления, разделят судьбу людоедского режима».
Режим решил выпустить 6 тыс. задержанных сегодняшней ночью. Это не только его капитуляция перед протестом. Это 6 тыс. свидетельств о пытках и чудовищных избиениях. Это шесть тысяч человек, которые уже не дадут себя спокойно «забрать», как оно было в последние дни. Завтра они будут говорить в микрофон на площадях по всей Беларуси.
P.s.s. Замминистра МВД, толстый и потный, в ночи убегающий от входа в следственный изолятор к своему дорогому джипу под крики журналисток: «Вы ответите за все!..»
Николай Митрохин, социолог, историк, публицист