«Росбалт» продолжает знакомить читателей с циклом лекций Даниила Коцюбинского «В поисках настоящего царя» об истории России от Рюрика до Путина.
На одинадцатой лекции историк рассказал, действительно ли первый российский император, сидя на троне, сделал что-то революционное и как бы развивались события если бы не Петр I — лучше или хуже?
«Есть две точки зрения. Одна — что Петр буквально „вывихнул“ русскую историю, а если бы продолжилось естественное течение и постепенная европеизация в духе XVII века, то в итоге получилось бы все то же самое, только бескровно. Но вряд ли это предположение правдиво. Если мы вспомним XVII век, то увидим, что все попытки правительства хотя немного приближать московскую жизнь к „евростандартам“ (начиная от военных реформ и налогово-финансовой политики и заканчивая приглашением западных специалистов и украинских книжников в Москву), во-первых, наталкивались на сопротивление со стороны московского простонародья и церкви. Во-вторых, иностранцы в России жили очень локально и замкнуто (в столичной слободе Кукуй), не имея возможности полноценно влиять на социальную жизнь населения — в первую очередь элит, прививать им новые вкусы и культурные традиции (как это стало происходить в эпоху Петра). И не потому, что правительство было такое пугливое, а потому что москвичи этого требовали», — рассказал Коцюбинский.
По словам историка, московскому простонародью — черни, как тогда говорили — в XVII веке, в период после Смуты (сопровождавшейся множественными конфликтами с европейцами-иноверцами) всегда казалось, что если власть управляет страной неправильно, то непременно потому, что к этому их подталвкивают зловредные «латиняне и лютеры», то есть иностранцы. К тому же, они жили в Москве, пользуясь льготами, и тем вызывали жгучую зависть и ненависть со стороны простых москвичей. Поэтому практически любая социальная проблема осознавалась, прежде всего, как порожденная зловредным чужестранным влиянием.
«Но в то же время неправы и те историки, кто полагает, что Петр I сотворил „чудо“, которое, если бы не он, не сделал бы ни один другой русский правитель. В реальности ресентиментные московские элиты, которые так же, как и простонародье, завидовали иностранцам и Европе в целом, стремились не к тому, чтобы замкнуться в самоизоляции, а к тому, чтобы „догнать и перегнать“ Европу. Петр был в этом отношении вполне типичным молодым московским аристократом, стремившимся, по его же словам, „взять у Европы все необходимое, а потом повернуться к ней жопой“. Иными словами, добиться того, чтобы Россию уважали те, кому русские уже давно завидуют — европейцы. Уважали — значит боялись! Ибо другой модели уважения ресентиментное сознание не знает. Отсюда — и весь военно-научно-культурно-технический реформаторский проект Петра. Отсюда же — и тот энтузиазм, с которым отнеслись к петровским начинаниям русское дворянство в целом, особенно молодежь. Отсюда же — память о нем как о „великом императоре“, живущая по сей день. Но правда заключается в том, что русская элита была одержима стремлением „догнать и перегнать“. А для этого нужен был жесточайший тиран на троне, способный повести за собой дворянство и подавить любые протесты со стороны простонародья. Одним словом, Петр не был случайностью, и если бы не Петр, то нечто похожее сделал бы кто-то другой, потому что московские аристократы в тайне уже хотели быть „не хуже европейцев“», — заключил Коцюбинский.
Полную видео-лекцию вы можете посмотреть по ссылке.